РЕАЛЬНОСТЬ:


[Real life] - свободная очередность

hate us | 02.11.99 Дра и Пэпс

mirror | 10.06.98 Ами и Вик

morning | 20.10.99 Бо и Лав

thursday | 28.10.99 Дра и Цилла

Контроль | 12.09.98 Ал и Милли

Правда наружу | 05.06.98 Даф и Джа

Цена расплаты | 30.07.98 Ал и Люц



РЕАЛЬНОСТЬ 18+:


heart | 20.10.99 Вик и То

Friday | 5.11.99 Ами и Заб

midnight | 10.10.98 Бо и Лиза

Ревность.. Дафна и Вальбурга



МАХОВИК ВРЕМЕНИ:


Casus belli | 13.04.98 Ами и Милли

..come? | 07.10.98 Ал и Рут

Whisper | 10.08.97 Дэм и Лав

..остановилась | 10.01.98 Лиза и Бо



ЗЕРКАЛО ЕИНАЛЕЖ:


poison | 1996-1997 Дра и Герми



СЕЗОНЫ:




ОБЩИЙ РАЗДЕЛ:


Алфавитный указатель

Список заклинаний

Волшебные палочки



НЕОБЫЧНЫЕ МАГИ И СУЩЕСТВА:


Уникальные персонажи

● Вампиры

● Вейлы

● Ведьмаки

● Ведуньи

● Вудисты

● Некроманты

● Оборотни



ДИСЦИПЛИНЫ:


Зельеварение

Травология

УЗМС

Трансфигурация

Заклинания

● Виды магии

● Стихийная магия

● Магия исчезновения

● Ментальная магия

● Магическая защита

● Артефакты

ЗоТИ

Темная магия

● Темные существа

ТРиО

Демонология

Мифология

Древние руны

Нумерология

Астрономия

Прорицания

Колдомедицина

Квиддич

Маггловедение



ЗАКОНЫ МАГИЧЕСКОГО МИРА:


Устав школы Хогвартс

Устав Пожирателей Смерти

Устав Ордена Феникса

Органы управления

Статут о секретности

Уголовный Кодекс

Законодательный процесс

Судебные процессы

Закон об Аврорате

Дуэльный кодекс

Контракты



ИСТОРИЯ МАГИЧЕСКОГО МИРА:


Хронология

Книга легенд. Основатели

Знаменитые Волшебники

Топография

Хогвартс

Дурмстранг

Шармбатон

Министерство Магии

Гринготтс и экономика

Азкабан

Больница Святого Мунго

Ковены



КУЛЬТУРА И ОБЩЕСТВО:


Генеалогии

Профессии

Традиции и верования

Мода

Этикет

Сказки барда Бидля

Сладости и напитки


Приветствую, путник!
Присаживайся и выбирай свою карту.
Нам предстоит долгий разговор. Я вижу что избиты твои ноги,
но сколь бы долго ты не брел, по каким дорогам не блуждал, однажды, все они приводят к порогу дома. Так выпьем же за встречу! И, надеюсь, никогда не осушим кубков хмельных на прощанье. Отбрось сомненья, скажи мне лишь имя свое, а я – подарю тебе вечность. Но вот покоя, увы, не обещаю. Зато, будет весело.
Сыграем? Надеюсь, ты готов.

NC-21 | АU с 1997 года | В игре: октябрь – декабрь 1999

A.Dolohov     A.Merder     P.Parkinson     D.Malfoy
ВНЕХИ
ПЕРСЫ
АКЦИИ
СЮЖЕТ
ДНЕВНИК
ОБЪЯВЫ ОТ АМС


ФЛУДЕР
ЦИТАТА
АКТИВИСТ

HP: Hypnotic Panopticon

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » HP: Hypnotic Panopticon » Реальность » Правда всегда выходит наружу | 05.06.98


Правда всегда выходит наружу | 05.06.98

Сообщений 1 страница 10 из 10

1

ПРАВДА ВСЕГДА ВЫХОДИТ НАРУЖУ | 05 июня 1998
http://33.media.tumblr.com/a4cab0b06c8af5391ad18c33db2d3ffa/tumblr_nrt1q6yXvZ1sf69xoo7_250.gifhttp://38.media.tumblr.com/b01f77a2b33c28adfc65598937686975/tumblr_nrt1q6yXvZ1sf69xoo8_250.gif

Персонажи: Justin Finch-Flechley, Daphne Greengrass
Дата | время | место:  05 июня 1998 | вечер | заброшенный кабинет
Примерный сюжет: Конец года, выпускников ждут экзамены, а экзамены это всегда нервы. Стычки между Рыцарями и Змеями происходят все чаще. И вот одна такая встреча заставляет выплыть наружу те тайны, которых хотелось бы никогда не касаться.
Примечание:

+1

2

Бывают такие дни, когда вот внезапно так просыпаешься, и понимаешь, что день пройдет неудачно. Встаешь не с той ноги, спотыкаешься, ударяясь мизинцем о тумбочку, и, проклиная все на свете, еще десять минут ищешь второй носок, лишь в последний момент вспоминая, что ты же волшебник, и можно использовать палочку.
У Джастина этот день начался именно так. И продолжился со страшных слов Эрни о том, что когда он вчера сжигал все черновики, случайно захватил и эссе Джаса по зельям. Просто великолепно, ведь теперь «Тролль» у Снегга ему точно обеспечен. Это не прибавило ни радости, ни баллов к факультету. Лишь только одна мысль могла его согреть – любимая Дафна, носящая под сердцем частичку его души. Но даже этой радости хватило не на весь день: утром она о чем-то пристально, слишком пристально шепталась с одним из Розье, и на какой-то миг Джастину почудилось, что сидят они слишком близко, непозволительно близко. В ту секунду Флетчли пожалел, что в ту ночь декабря не прибил Розье до смерти. И не важно. Что сейчас сидеть возле Дафны мог совсем другой Розье, хаффлпаффец их не различал, и вообще если не стороной обходил, то старался ударить побольнее. Ну а потом заслуженный «Тролль» у Снегга, потерянные баллы, недовольные лица сокурсников, и даже лучший друг Эрни, хотя и обещал в знак извинений напоить Джаса за свой счет, все равно радости не прибавил. А после обеда у него была травология, на которой крайне мерзкое растение едва не отхватило парню палец, оставив лишь царапины, в следствие чего пришлось остаток дня отсиживаться у мадам Помфри, что привело к опозданию на собрание Рыцарей, и нагоняй от Гермионы. Ну а затем, когда, казалось бы, все должно наладиться, день конкретно дал Флетчли пинка под зад, и ножиком под дых, ведь операция по устранению потенциальных членов Ордена Змеи сорвалась, поскольку Джастин затупил, затормозил, опешил, когда в коридоре, в компании того самого Розье, и их извечной, бесноватой подружки Блэк, он увидел ту, лица которого предпочел бы в данную минуту не видеть вовсе. Карты раскрыты, и он узнает ее еще издалека, едва слышит голос.
Задание звучит коротко и ясно: обезвредить и, по возможности, допросить. Либо же узнать хотя бы что-то из их планов, а потому Джастин и был с палочкой наготове, в любой момент пошлет заклинание, но… Он подводит всех, ибо не может, просто не может поднять руку на мать своего будущего ребенка, детей, и применить к ней даже самое простое заклинание. Не может позволить этого сделать и другим, но Дафна, словно чувствуя его состояние, начинает свою игру, словно провоцируя Рыцарей, чем едва ли не доводит Джастина до белого каления. Была бы его воля – он бы немедленно увел ее, отчитал, и потребовал бы объяснений, но вместо этого он, не опуская палочки, лишь говорит своим, что сегодня им здесь делать нечего, и уводит группу, понимая, что ждут его весьма неприятные вопросы и недовольства. Он сорвал операцию, и разумеется объяснится, но сейчас это волновало его в самой меньшей степени.
Словно в тумане, он говорит о том, что его вины нет, это все день, начавшийся так неудачно, и единственной удачей стало то, что они узнали истинные имена хотя бы трех, но членов Ордена Змеи. Разумеется, они подозревали, но сейчас все подозрения оправдались, и все встало на свои места. Объяснив, что связываться с этой троицей разом не вариант, ибо от них неизвестно, что можно ожидать, Джастин быстро покинул помещение, и отправился в спальню, хотя все его нутро так и подстрекало к тому, чтобы вернуться на место встречи, и надавать двоим слизеринцам от души. Хотя бы за то, что втянули Дафну. Но здравый смысл подсказал, что слизеринцев там уже нет, и лучше всего выловить Гринграсс завтра перед занятиями. Что он, собственно, и сделал.
Перед самым завтраком, он за локоток выдернул Дафну из общего потока студентов, и отвел в сторону, заводя в соседний коридор, и далее в пустующий класс. Черт побери, но он добьется от нее ответов.
- Что это было? Ты понимаешь, что ты творишь? Ты подумала о себе? А если бы меня не было? Или мнение Розье для тебя важнее? О чем ты шепталась с ним вчера утром? Что он такого говорил, что необходимо было сидеть так близко? – Вопросы, много вопросов, он обрушил на нее все разом, даже не давая вставить слово, и не желая слушать ее оправданий. Лишь конкретные ответы.

+1

3

Чем ближе приближался выпускной, тем больше нервничала Дафна. Она даже пару раз наорала на каких-то первокурсников, что слишком шумели в гостиной факультета, а потом еще немного разнесла спальню. Нет, с этими эмоциями точно нужно было что-то делать. Она становилась слишком непохожей на себя. И очень скоро это начнут замечать, если уже не начали. Хотя, тут стоит горько усмехнуться, а будет ли кому замечать скоро. Всего месяц, чуть меньше и она попрощается со всей своей привычной жизнью. Со своими убеждениями, воспитанием, семьей, друзьями. Да, у нее были друзья, но поддержат ли они ее, узнав, с кем она связалась, узнав, что она собирается делать? А сама Дафна, сможет ли она сама принять то, на что собирается пойти. Перечеркнуть все, к чему она столько стремилось. Перечеркнуть все, во что она верила? Наверно поздно уже думать о подобном. Раньше нужно было думать. раньше.
Хочется лишь что-то взорвать.  Возможно поэтому она так рада новой стычке с Рыцарями. Рада ровно до того момента, как видит его лицо. Серьезно? Он в Рыцарях? Остается лишь горько усмехнуться, если не засмеяться во весь голос от всей иронии происходящего. Она могла бы и догадаться. Он же магглорожденный, дружит с этой шайкой Поттера. Чего еще она должна была ожидать? Чего? Но самое забавное в другом. Она лишь который раз видит, насколько они разные. И что, она сама скоро будет на его стороне. На его стороне. А так ли это? Да, она любит его, собирается жить с ним, это она уже приняла и почти убедила саму себя, что это действительно хороший и обдуманный шаг. Но вот все остальное. Кем она станет для остальных? Предательницей? Для своих. Хорошим источником информации? Для других? Вот уж точно нет. Пусть она собиралась уйти с Флетчли, но быть на той стороне, она не собиралась. Да, она сглупила и ее принципы немного покосились. Но это не значило, что она вдруг стала любить всех магглорожденных, она, как и прежде считала, что этим миром должны править те, кто действительно понимает его законы и природу. Одно единственное исключение уж точно не могло повлиять на ее мировоззрение. Вот только как все это ей поможет? Как ей во всем этом разобраться? Наверно именно это подстегивает Гринграсс на те язвительные фразы, что она тут же пускает в ход. Она словно специально нарывается на драку, чувствуя, что ладошки буквально чешутся, а палочка так и дрожит в руке от предвкушения хорошего боя. Ей просто нужно куда-то выплеснуть свои эмоции, а тут такой хороший повод. Но все идет не так, Рыцари уходят, а Змеям лишь остается продолжить то, что они планировали делать. А Дафне мало, ей хочется кого-нибудь взорвать. Наверно, поэтому потом, когда они расходятся, один из заброшенных кабинетов за считанные минуты разносится в щепки. Ей просто нужно было выплеснуть свои эмоции и лишь потом она может отправиться спать.
Утро приходит с осознанием вчерашнего. Он в Рыцарях, какая же все-таки ирония. И Дафна ничуть не удивлена, когда Джас вылавливает ее перед завтраком, уводя подальше от чужих глаз. Им действительно было что обсудить. Но его возмущенный тон бесит с первых минут.
- Что, прости? Понимаю ли я? И это говоришь мне ты? – не сильно толкая его ладошками в грудь, Гринграсс начинает заводиться, - какого черта ты там вчера забыл, а? какого черта, ты вообще забыл в Рыцарях? Что, мама в детстве перечитала тебе сказок о принцах и блистательных рыцарях в доспехах, что ты решил стать одним из них? Так что же ты меня об этом не предупредил? Что до Розье, это мое личное дело как близко я сижу рядом с ним и о чем разговариваю. Я же молчу о твоих перешептываниях с малышкой Сьюзи, - она действительно молчала. Ну подумаешь у бедняжки неожиданно появилась сыпь на теле, а потом покрасились волосы в черно-желтый цвет, она же молчала. Для зелий разговаривать не нужно

+1

4

Если бы все в этом мире было устроено так, как хочет он, то сейчас этого разговора бы не состоялось. Дафна бы не подвергала себя риску, выходя вместе со Змеями на задания; им бы не пришлось вчера встречаться, и подвергать друг друга риску; опасному, всепоглощающему; и мальчишка был бы спокоен, его не преследовали бы кошмары ночами, и не было бы мыслей о том, что вредная слизеринка однажды доиграется.
- Если ты и дальше продолжишь так себя вести, я приму меры! – Поднимает руку на уровень лица, и трясет указательным пальцем, словно добавляя грозности во внешний вид. – Ты не должна так рисковать ни собой, ни нашим ребенком! Или ты забыла, что беременна? Забыла, что носишь в себе часть меня, и сейчас, своими этими необдуманными поступками; этими «я круче всех» лишь подвергаешь риску малыша! – Он старался не повышать голос, но это было нелегко, учитывая все встречные обвинения, которые градом осыпались на голову.
Она ревнует, он понял это уже давно, и каждый раз с легкой улыбкой наблюдал за вспышками ревности, что окрашивали любимое лицо; даже тогда, когда Сьюзен вдруг не явилась на травологию, а ее подруги сообщили, что кто-то наслал на нее заклинание, или подмешал что-то в тыквенный сок; даже тогда он уже знал, чьих это рук дело, но разве станет он выдавать любимую рыжую ведьму, что подобно фурии крушила всех бедных девушек. Которые только посмели посмотреть в сторону Джастина.
Впрочем, он платил ей тем же, с регулярностью организовывая нападения то на одного, то на другого слизеринца, и не удивительно, если завтра и Розье найдут со сломанным носом. Снова.
Юноша переводит дыхание, глядя на слизеринку, и затем складывает руки на груди, слегка склоняя голову на бок, и пристально следя за каждым ее движением.
В голове крутится масса вопросов, один безумнее другого, но Джастин не спешит их озвучивать, дожидается, когда Дафна выговорится и переведет дыхание, чтобы в следующий миг настигнуть ее слух своими словами:
- И как давно ты в Ордене? Я надеюсь, что отношения со мной не были частью твоего…кхм…плана? – Второй вопрос пришел слишком неожиданно; на секунду сбивая с толку, но осознавая, что ответ на этот вопрос он хотел бы знать. Что-то подсказывало, что вся ситуация может не понравится Джастину, но оставалась надежда; надежда на то, что с самого начала чувства Дафны были искренними, настоящими; полными любви и понимания; надежды.
Он знал, что всегда требовал от нее большего: забыть о семье, изменить принципам, нарушить клятвы, данные родителям; сбежать вместе с ним, обосноваться далеко-далеко, от войны, от всего, и жить своей жизнью, начав ее заново, воспитывая детей; одного, второго, третьего; в любви и спокойствии, прерываемых лишь периодическими ссорами родителей, ибо без этого два человека, со столь разными характерами, просто не могли существовать. Он давно привык к ее огню, он давно любил ее, и сейчас все, что ему было нужно, это ответы на вопросы, и ее руки. Зажатые в его ладонях.
До которых он пока так и не осмелился дотронуться.

+1

5

Мордер всемогущий, порой ей так хотелось его проклясть. Вот что хорошенько так приложило, чтоб перестал нести всякую чушь, перестал бесить ее и уж тем более контролировать. Естественно Дафна понимала, что именно таким своим поведением он и зацепил ее когда-то. Кто еще мог вот так с ней спорить, ставить под сомнения ее поступки, слова мысли. И это учитывая, что он был магглорожденным, что было всегда для нее, по определению чем-то намного хуже, нежели быть обычным магглом. Те хоть сидели в своем болоте скучного мира и не лезли со своими правилами в чужой особняк. Но не об этом сейчас. Сейчас о том, что именно за эту гребаную черту характера она его наверно и любила, не только за нее конечно, но все же. Однако, как же ей порой хотелось его проклясть.
- Ребенок, ребенок, ребенок, ты как попугай заладил с этим ребенком. Может мне теперь обложиться подушками и ближайший год вообще не выходить из комнаты? О, ты наверно только об этом и мечтаешь. Прости, но жену-домохозяйку ищи в Боунс, - шипит ему в ответ. Почему-то сама Дафна еще не успела осознать всю важность своего положения, всю его хрупкость что ли. Она совершенно не понимала, почему должна менять свою жизнь. А может быть как раз потому, что вскоре ее жизнь должна была кардинально измениться она бесилась еще больше, и тем сильнее отрицала сам факт беременность.
Его вопрос застигает ее неожиданно. Она должна была быть к нему готова, но почему-то все мысли, что она когда-то продумывала в голове летят к чертям, идя на поводу эмоций. Милый, ты хочешь правды, так ты ее получишь. Гринграсс сейчас слишком на нервах, слишком на эмоциях, столь непривычных для нее, что она пусть и пытается над ними совладать, но все же творит глупости. Однако, даже это не мешает ей быть все той же слизеринкой, язвительно растягивающей улыбку на лице. Ты забыл, милый, что твоя девушка змея?
- А что если были? Что если именно это и было моим планом. Соблазнить тебя и выведать все тайны твоих гребанных рыцарей? А? Что тогда? Все, финита ля комедия? – зачем ты несешь это все, девочка? Зачем пытаешься в который раз оттолкнуть его? Наверно, даже несмотря на то, что они вроде все решили, они любили друг друга. Но каждый чертов раз, Дафна думала о том, что ей предстоит оставить. Каждый чертов день она думала о том, а что будет, если Джас оставит ее? Что если он просто поймет, какая она. Какая она настоящая? Та Дафна, которая без зазрений совести может подмешать кому-то зелье. Та Дафна, которая с улыбкой на губах и завороженным блеском в глазах будет наблюдать за пытками магглов. Та Дафна, которая сама посылает в кого-то смертельный луч зеленого цвета. Что будет тогда? И она бесится, язвит, словно пытается дать ему еще шанс оставить ее и жить нормальной жизнью.
- Но ты же у нас Рыцарь,- последнее слово она будто выплевывает, все еще не понимая, как и почему Джаса занесло к тем идиотам, - блюститель справедливости и правды. Так как тебе такая правда? Как тебе правда о том, что я состою в Ордене, что я борюсь за лучший волшебный мир, - Гринграсс опускает, что порой она в Ордене просто от скуки, - что я пытаю и убиваю таких, как ты. Что, такая правда тебе не нравится? Как ты там сказал, ты примешь меры? Серьезно? Ну давай, принимай, - ей хочется смеяться и похоже это уже звоночек отдаленной истерики.

+1

6

Слушать ее истерику было невыносимо. Вот знаете, можно часами слушать надоедливую музыку из колонок соседа; крики первокурсников; даже бубнение Бинса, который уже неизвестно где, но тоже можно было слушать долго. Однако Дафна умудрялась любое слово превратить в нечто на столько невыносимое, что Джастину начинало казаться, будто его по перепонкам режут ножом. На столько все было плохо.
Однако Дафна не была простой девушкой, которую можно было бы заткнуть заклинанием; она даже не была слизеринкой, которую можно было просто оглушить, или ударить; нет, она была той самой девушкой, которую нельзя было трогать, не смотря на ее факультетскую принадлежность, и с которой необходимо было тщательно подбирать слова. Каждый раз, снова и снова, заводя разговор о: будущем, детях, ее безопасности – начиналась буря, которую было невозможно просто взять, и утихомирить. Такую бурю нельзя было даже предугадать, ибо беременные все… они все… в общем, на голову того, а потому в иной другой ситуации, и будь беременная не его женщиной, он бы просто сбежал; как трусливый пес, но зато от греха подальше, целый и невредимый.
Сейчас же он выслушивал обвинения, импульсивные признания, и понимал, что уже ничему не удивится в этой жизни; и если завтра вдруг внезапно воскреснет Гарри, а с ним и Сами-Знаете-Кто, то Джастин и тут не удивится, бровью не поведет, и продолжит жить как прежде, пытаясь без конца утихомирить беременную, ревнивую подругу, в которую ему так неудачно, - или же удачно? – удалось влюбиться.
А она все не замолкала, расписывая свои повседневные действия, и, вероятно, надеясь его тем самым удивить, шокировать, испугать? Он не понимал, для чего она все это говорит, но знал одно – в ней плещется огнем горячая кровь, подогретая переизбытком гормон, которые выработались за счет интересного положения девушки.
Он лишь молчал, сжимая и разжимая кулаки, а в следующий миг устало потирая переносицу, и не понимая, то ли плакать, то ли смеяться, но выглядела Дафна крайне комично, хоть и ситуация была далека от смешной.
- Каждый борется за свою правду, Дафна. – Наконец, после секундного молчания, Джастин произнес слова, которых сам не ожидал произнести. У каждого была своя правда, и он осознал это именно сейчас, в эту секунду, когда его возлюбленная описывала ему видение лучшего волшебного мира, которое в ее голову запихал один, а может и не один, волшебник. – Ты считаешь, что лучший мир, этот мир, полный выродков, рожденных от частого кровосмешения? Сквибов, которые не способны на элементарное колдовство, потому что их родители едва ли не брат и сестра? – Жестоко, зло, совершенно на него не похоже, но он произносит слова, с какой-то отчужденностью понимая, что никто из этих глупых чистокровных волшебников не понимает, что еще одно поколение – и вся их хваленая красота и величие канут в Лету, поскольку от кровосместительных браков еще не рождались ни красивые, ни одаренные дети. – Представь, если твоим мужем станет Нотт. В каком колене вы родственники? Какие дети родятся у вас? – Джастин наступал на ведьму, сложив руки на груди, и внимательно глядя на нее. Не так он планировал говорить, не в то русло завела его импульсивность, но сейчас он уже не мог остановиться, и считал, что абсолютно прав. Сколько сквибов было рождено в тот год, когда родился он сам? О скольких из них известно обществу? Он никогда остро не интересовался данным вопросом, но сейчас, когда разговор зашел о том, где и чья правда, юноша решил, что будет лучше, если он покажет Дафне ее правду но с другой стороны.
- Наши же дети унаследуют лучшие черты, они родятся в любви и гармонии, если ты перестанешь так себя вести. Или желаешь, чтобы твой ребенок вырос ублюдком, вроде вашего Малфоя? С истинно аристократическим воспитанием, которое истинно лишь на словах, а не на деле. Или тварью, вроде Блэк, которая не чурается детской кровью? Такого будущего ты желаешь нашим детям? Чтобы они убивали с пеленок? А если они не захотят убивать, что тогда? Убьешь их сама? – Мальчишка повысил голос, хватая Гринграсс чуть повыше локтя, с обеих сторон, и слегка встряхивая. – Очнись же, любимая, и посмотри вокруг. Ты хочешь, чтобы твои дети выросли в семье убийц, не зная любви и ласки? – Последние слова он произнес едва слышно, всматриваясь в глаза слизеринки, надеясь отыскать там хоть каплю понимания, хоть малейший отклик на его просьбу.

+1

7

Она горько усмехается. Он прав, каждый борется за свою правду. Да и что есть правда? Кто-то сказал, что у каждого она своя. Что во всем есть примеси и полутона. Как понять, что правильно, а нет в этом мире? Как понять, какую сторону ты должен принять. Дети могут выбрать лишь два пути: либо идти вслед за родителями, либо пробивать свою дорогу сами. Вот только, все мы слишком боимся ошибиться, столкнуться  с тем, что мы были не правы, что наши суждения были ошибочны. И из-за этого все чаще выбираем привычное нам, то, что втолковывают с детства. Что грязнокровки они грязь, тут даже не нужно пытаться найти смысл, просто посмотри на слово. Они чужие этому миру, как инородное тело, которое лишь вызывает болезнь.
- Выродков значит? – девушка неоднозначно хмыкает, - приятно наконец услышать, кем ты меня считаешь, думаю, Пэнс тоже будет интересно услышать - конечно она понимает, что он имеет ввиду совершенно иное, но опять перевирает всю суть, превращая его слова во что-то иное, извращенное и отвратительное на слух. Она как и всегда переиначивает смысл сказанных слов, как и всегда делая это осознанно. Но его слова вновь режут сознание. Нотт, Малфой, Блэк, он забыл добавить сюда еще одну фамилию, хотя нет, две. Какие же они глупые, какие они идиоты. Возможно, не будь этой войны, этих противоположных взглядов, они бы были обычными подростками, которые просто любили бы друг друга. Обычными подростками, которые бы видели смерть лишь на страницах книг. Обычными подростками, которым никогда не нужно было бы никого убивать. Он встряхивает ее, а она лишь усмехается, глядя ему в глаза, после чего смешок вновь вырывается наружу, перерастая постепенно в смех, а после и вовсе в истеричный хохот. Она смеется, глядя на него, понимая, что это уже грань, та самая грань ее эмоций, ее сумасшествия, когда ты не знаешь, что дальше.
- Ты идиот, - чуть успокоившись, выдает она ему, - Очнуться? Посмотреть вокруг? Это ты очнись. Посмотри на нас, посмотри, кем мы являемся. Ты говоришь, что наши дети должны родиться в любви и ласке, что они не должны рождаться в семье убийц, что именно замужество с Ноттом приведет их к этому. А мы кто? – ее голос дрогнул, - мы? Ты хочешь сказать, что никогда не убивал? Чушь. Быть может, раньше я верила в то, что ты милый, забавный и смешной барсучонок не способный никого ранить, но я видела тебя в Рыцарях. Вы калечите и убиваете так же как мы. Так какое будущее ждет наших детей, даже если я сбегу с тобой, даже если я не буду с Ноттом или кем-то другим. Мы такие же убийцы, Джас, так о какой нормальной семье ты говоришь?
И все-таки он все тот же наивный барсук, раз считает, что они все еще могут создать что-то нормальное в этом мире. О какой семье может идти речь сейчас. В мире назревает война, твою мать, да она уже идет, медленно и верно убирая ненужные пешки с доски. Войне плевать, какую сторону ты занимаешь, ей плевать каких убеждений ты придерживаешься. Ей нужны лишь жертвы, будь ты конем или ферзем на шахматной доске. И ей уж точно плевать на ваше счастье. Война как черная дыра засасывает все на своем пути, поглощая без разбору. Война оставляет лишь боль. А они, они лишь пешки, марионетки в этом спектакле, уверенные, что от их убеждений и мнений что-то изменится в этом мире. Глупые марионетки, которые уверены, что смогут быть вместе несмотря на все и всех.

+1

8

Сжимая ее предплечья сильнее, ты выдыхаешь, едва заметно покачав головой. Она не понимала, а ты был слеп. Никогда тебя не понимала, и лишь вечно упрекала, живя в своем мире, и не впуская в него тебя. Она была для тебя единственно любимой девушкой, но…
Когда в любви присутствовало «но», жизнь становилась сложнее. Казалось бы, что еще нужно человеку: уютный дом, тепло родного человека, и полная безмятежность; семья. Но в данном случае все это казалось чем-то далеким, мифическим, и все, что удерживало ваши отношения на плаву – это дети, которых ты уже любил так сильно, как мог бы любить человек. Ты мечтал подарить им уют и заботу, свою защиту и ласку; где-то на краю земли, куда бы вы сбежали все вместе; в уютном домике с камином, чтобы вечерами сидеть, греясь у огня, и попивать горячий шоколад. Ты хотел жениться на ней, подарить ей весь мир и все звезды, но она не слышала тебя, и, судя по всему, мечтала совсем о другом. Иначе что бы толкнуло ее на эту вылазку со Змеями? С теми самыми Змеями, которые постоянно кого-то обижают, на кого-то нападают, которые, как считаешь ты, мечтают поскорее вступить в ряды Пожирателей Смерти, или как теперь называются эти псы, которые служили некогда живому Лорду? Что бы толкнуло ее на прогулку с Забини? С тем самым Забини, за которым закрепилась весьма идеальная, но в то же время дурная репутация, ведь почти каждый Рыцарь знал, что из себя представляет итальянец, или кем он там был? Ты бы понял, если бы она гуляла с Ноттом, будущим своим мужем; ревновал бы, но понимал необходимость их общения; но ты не понимал ее общения с Забини. Вот совсем не понимал, и опасался за Дафну, переживая, что она ступит не на ту дорожку. Если еще не ступила.
Она не слышит тебя, воспринимает слова не так, как хотел бы ты, и от этого становится только хуже. Разве может любящий человек быть на столько слеп? Не понимать свою вторую половинку, воспринимать каждое слово, каждый жест в штыки, и вести себя так, словно ты уже с катушек съехала; истерически смеясь и говоря слова, от которых становилось только гаже на душе.
Смотришь на нее, и пытаешься в глазах уловить хоть что-то знакомое; в голове признать хоть толику любви; но она вновь отвергает тебя, рассуждая о том. Каким видела раньше, и каким видит сейчас, снова ошибаясь, и вгоняя тебя самого в тупик.
Хотелось кричать; рвать на голове волосы, и бить кулаками о стену. Так, кажется, делают хваленые слизеринцы, когда не могут найти способ просто поговорить? О да, если она так жаждет этого, он начнет сдирать кулаки в кровь, лишь бы только достучаться до этой рыжей макушки, и попытаться в очередной раз донести смысл своих слов.
- Да пойми же ты меня, глупая! – В отчаянье, ты встряхиваешь ее еще сильнее, а после отпускаешь, делая пару шагов назад, и устало проводя ладонью по лицу, словно смывая с себя весь этот негатив, который так полюбовно выплеснула на тебя твоя же возлюбленная.
Дело не в том, какие мы, и на что идем ради своей безопасности; а в том, на что ты готова пойти ради будущего своих детей. Чем ты готова пожертвовать, дабы обеспечить их мирное существование?
Повышаешь голос, почти кричишь, а после, отвернувшись, с силой лупишь по стене, пинаешь парту, и уходишь прочь, оставляя Дафну наедине со своими мыслями.
- Я буду ждать тебя в соседнем кабинете. – Оборачиваешься у выхода, с болью во взгляде смотря на слизеринку. – Если ты, конечно же, выберешь меня, а не всю эту фальшивую жизнь. Я не могу запретить тебе общаться с твоими друзьями, но и видеть, как ты исчезаешь из замка с кем-то из парней, мне тоже невыносимо. Если ты захочешь провести жизнь со мной, то приходи, и мы вместе придумаем, как избежать твоей помолвки. Если нет, то… - Неопределенно разводишь руками, и, не дожидаясь ее слов, слез, криков, истерики, или еще каких-либо проявлений эмоций, просто выходишь за дверь, прикрывая ее за собой; выдыхая. А затем, стараясь не думать о том, какой выбор сделает Дафна, направляешься дальше по коридору, к двери соседнего кабинета, пустующего в данный момент.

Отредактировано Justin Finch-Flechley (2017-01-25 12:34:09)

0

9

Когда они начнут слышать друг друга? Когда они начнут понимать то, что говорит другой и не переиначивать смысл? Они были совсем еще детьми. Детьми, которым слишком рано пришлось повзрослеть. Детьми, которым вскоре предстояло стать родителями. Перемены всегда пугают, особенно тех, кто привык жить по плану. Гринграсс как раз была из таких людей. У нее всегда и на все был свой план, была своя четкая последовательность действий, как и в какой ситуации она должна вести себя. Они никогда не любила принимать опрометчивых решений и уж тем более подаваться на волю случая или импровизации. У нее всегда и на все было взвешенное и проверенное решение. Ровно до того момента, как она встретила этого барсука.
Казалось бы, она должна ликовать, когда дверь кабинета захлопывается, оставляя ее совершенно одну в кабинете. Она добилась того, чего хотела. Ей всего лишь нужно сейчас выйти из кабинета и уйти в сторону подземелий. Просто уйти, но одна мысль об этом приводит ее в ужас. Внутри словно что-то оборвалось в тот момент, когда Джас закрыл за собой дверь. Ей словно стало труднее дышать, да и вообще существовать на этом свете.
Мне нужно просто уйти. Так будет проще для всех.
Внутри что-то ломается, словно хрустальная ваза бьется об пол, а осколки от нее рвут внутренности на части. Еще немного и она попросту захлебнется в собственной крови, точнее в этой кровавой смеси чувств, эмоций и долга. Ей просто нужно идти. Она делает шаг, еще один и вот уже стоит в коридоре, развернувшись от двери соседнего кабинета. Шаг в сторону от него и словно в легких стало меньше кислорода, еще один и дышать становится еще труднее. Она делает шаг за шагом, ломая себя изнутри, закусывая губы до боли. Так будет правильней, так будет лучше для всех, так будет…да пошло оно к черту.
Развернуться на каблуках и буквально влететь в ту заветную дверь, утыкаясь лицом в плечо Флетчли. Ее всю трясет и кажется, что она не сможет и связать двух слов. Но она же Гринграсс, она может все.
- Я не смогла. Я пыталась, я должна была тебя оставить. Мы разные, мы слишком разные. Было бы лучше, если бы я ушла, если бы, - ее слова в бессвязном шепоте кажутся криком в этой пустой комнате. Она словно безумная повторяет их вновь и вновь, периодически заменяя другой цепочкой слов,- я не могу без тебя. Я просто не могу.
Ей нужно чувствовать его объятия, чувствовать его прикосновения. Ей нужно знать, что он всегда будет рядом, что он ее и только ее. Да, все то, что она наговорила, в большинстве своем было правдой и как с ней справиться, им еще только предстоит решить. Но сейчас ей просто нужно было чувствовать тепло его прикосновений, понимать, что он никуда и никогда ее не отпустит. Это ж надо было так вляпаться, Гринграсс. Так вляпаться. Не зря ей говорили, что любовь это зло, что без нее всем было бы лучше. Ведь из-за любви сейчас она готова предать все, во что когда-то верила. Из-за любви, она готова отречься от всех своих слов, что были сказаны ранее. Она так пыталась его оттолкнуть, но просто не смогла провести и пяти минут с мыслью, что больше никогда не сможет быть с ним вместе.
- Я люблю тебя, чертов барсук, - еле слышным шепотом выдыхает она, понимая, что только что купила себе путевку в один конец. И этот конец вряд ли будет слишком радужным.

+1

10

Сколько прошло времени? Минута, десять, час? Сколько было сделано нервных шагов туда-сюда; сколько раз сердце отбило неровный ритм, нервно, с томящейся болью? Время будто замерло, превратившись в нервный ком ожидания, что сгустился в груди, и грозился вот-вот лопнуть, разрывая все существо юноши изнутри.
Все было не важным; ни война за окном, тихая, безмолвная; ни внутренние распри среди студентов, даже наказание за нарушение правил не казалось столь ужасающим, как выбор одной девушки, которая не выходила из головы юного барсука.
Мальчишки, который бросил свою жизнь к ногам той, которая эту жизнь не оценила, в очередной раз затеяв с ним очередную игру, то приманивая, то отталкивая, уходя с другим.
Да, он помнил, как практически застал ее один на один с Забини; помнил, как оправдывалась тогда она, и помнил, как быстро забилось сердце, когда узнал ее среди тех, кого считал врагами; тех, к которым он и не думал ее приписывать. Не подумал бы, убежденный, что даже если она и придерживалась некоторых взглядов, то после того, как внутри нее затеплилась новая жизнь, все прошлые убеждения рассеялись, должны были кануть в Лету. И снова ошибся, огорченный, предоставляя на этот раз последний шанс, и понимая, что доверие уже пошатнулось, вернуть его будет не так то просто; и сейчас метался по кабинету, из угла в угол; то срываясь к двери, в надежде вернуться, закрыть на все глаза, и в ногах умоляя простить за все сказанное прежде; но возвращаясь обратно к окну, с твердым убеждением, что от своих принципов не отступится.
Скрипнула дверь соседнего кабинета; сердце сделало кульбит, вот он, момент истины; но каблучки за дверью удалялись, и на сознание словно вылили пушат ледяной воды. Пустота, мрачность, смирение; гнев, обида, разочарование; масса эмоций заполонили мозг Джастина, сжимая кулаки, глубоко дыша, и пытаясь осознать тот факт, что теперь он один, сам по себе.
Лишь на мгновение.
Пока за дверью не послышался шум.
Вернулась, не смогла уйти, но собиралась это сделать, и теперь стояла здесь, растерянная, но с твердой решимостью, которую он увидел в ее глазах перед тем, как прижать к своему телу, вдохнуть сладкий аромат волос, и зажмурив глаза, не веря, что это не сон.
Сердце продолжало предательски стучать в груди; громко, словно сейчас вырвется; а он лишь делает еще один глубокий вдох, и прижимает ее к себе крепче, будто собирается раздавить; но никак не может насытиться ее близостью, радостью, которая постепенно заполняла душу, освещая ее, подобно солнечным лучам, что днем так весело играли в волосах возлюбленной.
Теперь он верил, что все у них получится, все будет позади, и если она здесь, то значит так предрешено.
Ты удивительная девушка, Дафна. – Он отстраняется от нее на мгновение, заглядывая в эти любимые глаза; с любовью поглаживая ее мягкие волосы, и чувствуя, что губы расплываются в улыбке. – На мгновение я подумал, что… Впрочем, ты здесь, и это сейчас самое важное. Мы придумаем, как избавить тебя от помолвки, а затем сбежим, вместе.
Как именно – пока не знал, но был уверен, что наутро, на свежую голову, придумает идеальный план побега; поймет, как жить дальше, и в какую страну отправиться. Как можно дальше, туда, где никто не найдет.
Я надеюсь, что такой ситуации более не повторится, ибо я не уверен, что смогу простить тебя, если снова увижу в обществе твоих… кхм… друзей, и, в частности, Забини, ибо ему я не доверяю, и не хочу, чтобы у тебя было с ним что-то общее. Как и со всеми ними.
Юноша целует ее губы, обхватив лицо девушки ладонями, прижимая к себе крепко, словно боится, что она убежит; а в следующий миг отстраняется, всматриваясь в ее лицо, запоминая каждую черту, и снова улыбаясь.
Я могу проводить тебя, но боюсь, что этим мы навлечем проблемы. Черт, эти школьные правила порой так досаждают. – Он тихо смеется, все еще не отпуская ее из своих рук. Дорога до гостиных не представлялась проблемой, по крайней мере для Дафны; Джас же мог в очередной раз нарваться на кого-нибудь из слизеринцев, или, чего хуже, на Снейпа, но и это сейчас не казалось масштабной проблемой. Разве может волновать что-то еще, когда внутри каждая клеточка едва ли не светится от счастья, а сердце в очередной раз совершает кульбит, разнося тепло по всему телу.
Мир слишком проблемный, но он предпочтет подумать об этом… никогда.

0


Вы здесь » HP: Hypnotic Panopticon » Реальность » Правда всегда выходит наружу | 05.06.98